Взрослые войны: молодые родители не могут поделить ребенка

Общество

Молодые родители разъехались и не могут поделить ребенка. Сейчас мальчик живет в поселке Александрово с отцом. Он привез его из Амурской области, силой забрав у матери. Видео есть в интернете. Пострадавшая Анастасия Иваницына уже заявила о похищении, она говорит, что опасается за психологическое и физиологическое здоровье малыша.

Ни каша, ни творог не впечатлили, Давид берется за йогурт - размеренный завтрак ребенка рождает ощущение семейного уюта, и сложно представить, что этот мальчик меньше чем за месяц преодолел расстояние в 15 с лишним тысяч километров, и не ради туристических впечатлений. Сначала его украла мама у папы - во время прогулки втихаря вывела из торгового центра и тайком увезла в Благовещенск, а после папа силой украл у мамы и привез обратно в Рязанскую область. Впрочем, термин «украл» юридически неверен. Родители, будучи в браке живут раздельно и беспощадно делят ребенка.

Ребенок все равно всем нужен, ну а с ним этот раскол пошел, он пошел с самого начала. Мне его жизнь не легла по душе. Ушла я в мае, раньше я хотела уйти с нашим сыном. Он у меня выдергивает — ребенка забрал и ушел. Я отдавала спокойно, потому что знала он плачет, чтобы на психику ребенка не давить. Я его естественно отдавала спокойно.
Анастасия Иваницына, мама Давида.

Видимо, жизнь так и шла бы самотеком. Если бы не переезд. Мария – соседка Иваницыных в Благовещенске, вспоминает - отдыхала на юге, а вернулась, семьи нет, дом продан, думала уехали все вместе. Но оказалось, что трехлетний Давид попрощался с мамой в аэропорту.

В ноябре у меня сын видел Настю в магазине, и говорит мама я видел Настю. Он и говорит ей, а вы, что приехали, она говорит нет, я не уезжала. Так вы, что с сыном здесь. Она говорит, нет сын там. Он приехал и говорит, она настолько спокойно это рассказывает.
Мария Приходько, соседка Иваницыных.

Полгода телефонных звонков, взаимных подозрений, все это время супруги не подают на развод - вместо цивилизованного пути, выбирая взаимный шантаж и следуя на поводу у одинаковых страхов.

Она могла приехать, брать его у нас. Равные права были на ребенка. Когда забрала – я не смог общаться, она начала мне угрожать, что больше ребенка не увижу. Я начал переживать, что вообще своего сына не увижу, может она его за границу увезет или куда-то, и начал своими силами искать, когда нашел, хотел забрать ребенка.
Герман Иваницын, отец Давида.

Потасовке, что запечатлели камеры видеонаблюдения Герман, конечно же находит оправдание: пытался вырвать ребенка из рук, потому что не отдавала добровольно.

После инцидента Анастасия с трудом садится, такую боль не сыграешь даже, обладая актерским талантом.  Это ее козырь в борьбе за Давида. А сражение развернулось не на шутку, оба подали в суд на развод и определение места жительства мальчика, собирают свидетельства, кто больше времени проводил с сыном и оба утверждают, что Давид не хочет общаться с противоборствующей стороной.

А может ребенка теперь пугают видеозвонки - инструмент манипуляций взрослых.  Может маленькому Давиду не нужны два шкафчика с одеждой и два комплекта игрушек в квартирах на разных концах страны. Может он любит бабушку, единственную из семьи, кого видела педиатр все эти годы. Даже если так, это всего лишь детские чувства, которые во время взрослых войн, к сожалению, не берутся в расчет.